. Алина Сергеева-Шадрина. Святые и преступники

Фейт Штосс — так называют его в русской истории искусств. Veit Stoss —  в немецкой традиции. Штосс — от слова stossen, что означает упрямый, противоречивый, противоречащий. Он и был таким — правила и условности  были написаны не для него.

800px-Veit_Stoss

 

И понятно. На дворе — Ренессанс, время освобождения человеческого духа. Время создания автопортретов, когда художник осознал себя личностью: Леонардо, Микельанджело, Рафаэль. Штосс – из их плеяды, их современник, единомышленник. Просто история уготовила ему другую судьбу и другую славу. Когда и где родился художник, скульптор, живописец и график — неизвестно. По предположениям историков — ок. 1445 года.  Известна лишь дата его смерти: 22 сентября 1533 года. Известно также, что в 1473 году его пребывание зафиксировано в Нюрнберге. Пожил он здесь недолго, осмотрелся, познакомился с конкурентами. Понял, что их много: сам Дюрер как-никак жил по соседству. Что-то Штоссу не понравилось. Вернулся в родную Польшу. Там он создал одно из величайших своих творений – алтарь для церкви Марии в Кракове, и по сегодняшний день являющийся местом паломничества верующих и ценителей искусства. Прожил в Польше он до 1496  года. А потом что-то засвербило, позвало. Может выгодный заказ, может пассия? Кто теперь скажет, если дневников он нам не оставил, а завещал только свое искусство.

Штосс вернулся в Нюрнберг. Словно было в этом месте что-то, что связывало его такими прочными нитями, что и умереть он захочет здесь. Несмотря на большую конкуренцию (Peter Vischer, Adam Kraft, Albrecht Dürer), он начал получать заказы. Между делом занимался торговлей. В его биографии, как в никакой другой, прослеживается принцип: талантливый человек талантлив во всех областях. А еще он был человек Возрождения, несмотря на сильнейшие готические традиции в его скульптуре. Видимо, не сильно верил он в позднесредневековые представления о мире и Боге. Потому что есть в его ангелах многое от самого мастера – свобода. Заказы он здесь получил. И сегодня в собрании Национального германского музея хранятся творения рук этого великого мастера позднего готического стиля.
На рубеже XV-XVI вв. Штосс имел возможность творить. Он оставил Нюрнбергу немало своих произведений, так что любой патриотично настроенный  нюрнбержец сегодня может сказать:
– Да, были времена. И были художники. Один из них оставил нам в наследство рельеф Мадонны (сегодня – в Национальном Германском музее), ее статую (в церкви Марии), «Английский привет» (в церкви св. Лоренца), распятие  (там же — ок. 1503) и многое другое.
А потом случилось ужасное: то ли черт попутал, то ли дьявол, то ли бес над душою стоял. Подделал он печать конкурента (все равно что сегодня круглую печать фирмы «Siemens»). Подделал не по своей воле. Поскольку Штосс, в отличие от других собратьев по цеху, причислял себя еще и к торговым людям, то часто заботила его мысль: как лучше вложить свои деньги. Актуальна проблема и сегодня! И вложил: в одно торговое мероприятие, которое потерпело крах. Расписка о том, что «фирмой» были получены деньги от Штосса, куда-то по непонятным причинам исчезла. И тогда он сфабриковал новую, повторив печать разорившегося торгового общества. Видимо, гравер он был хороший, а копиист плохой. Потому что фальшивка была обнаружена, наказание последовало незамедлительно. Обе щеки художника получили позорную печать раскаленным железом. Кроме того, городской совет принял решение, что Штосс город может покидать только с его разрешения. На то и был он ШТОСС, что повиноваться было вопреки его жизненным правилам.  После того, как один из бывших партнеров обвинил его в нечестном ведении дел, а суд приговорил художника к денежному штрафу в 800 гульденов, был нарушен и этот запрет.
И тогда Штоссу мало не показалось. Мотивы скульптурные было как раз впору менять и вместо «Благовещения» и «Поклонения волхвов» посвящать себя теме «Иоанн Креститель в ожидании казни». Потому что небо было в решетку, вставленную в окна нюрнбергской тюрьмы. Даже специальное письмо императора Священной римской империи Максимилиана I, высоко ценившего творчество Штосса и даже задействовавшего его при разработке проекта собственной усыпальницы, не помогло. Городской совет отклонил просьбу столь могущественного покровителя.
Все эти события потребовали от Штосса нечеловеческих усилий, чтобы доказать свою невиновность. Справедливость восторжествовала. Но на репутации мастера осталось большое пятно. Финансовое положение дел стало катастрофичным. Заказов практически не было. Последний крупный договор ему удалось получить лишь в 1520 году: предстояло создать алтарь Марии в Бамберге. И хотя он работал над ним практически до своей смерти, алтарь никогда не был закончен в том виде, как себе представлял его Фейт Штосс, один из самых гениальных мастеров, когда-либо работавших в Нюрнберге, Германии, Европе, мире. Художники такого масштаба рождаются чрезвычайно редко. И в этом смысле Нюрнберг должен быть благодарен судьбе за то, что однажды один поляк принял решение поселиться здесь.