. А. Мерлин. Нелли, храни шарф!

Нелли, помнишь, когда-то во время наших очередных совместных гастролей по Сибири ты подарила мне красивый галстук? Я его храню уже двадцать пять лет… А, впрочем, об этом потом… А сегодня я спросил тебя, что о тебе написать? Ты ответила: хотя бы несколько тёплых слов к твоему восьмидесятилетию. А можно больше? Я просто напишу о тебе маленький рассказ.

merlin

Вот какой была Нелли Сквирская, когда жила в Ленинграде и работала в театре. Фото из архива А. Мерлина

Она была убеждённой коммунисткой — не потому, что верила в светлое будущее в тёмном царстве, а потому, что верила в правду. Вот и боролась, как могла, за эту правду на своей родной Ленинградской эстраде. Она была артисткой разговорного жанра, единственной женщиной-конферансье, и умела с трибун собраний красиво разоблачать бездарность руководителей прославленной концертной организации. Но, устав от бесполезного донкихотства, она свела счёты со «славой КПСС» и бросила свой партбилет на стол освобождённому парторгу (видимо, освобождённому от правды!). Во времена брежневского застоя выход из партии приравнивался к подвигу, за который не давали наград (а надо бы!). «Наградой» актрисе было её немедленное увольнение с записью в трудовой книжке: «за аморальный поступок» (по личному распоряжению первого секретаря обкома товарища Романова: «чтобы духу её не было на сцене!»). А исполнительницей распоряжения была святая «трибунальная» троица в составе директора Кирилла Садовникова (который актрис, отказывающихся лечь с ним в постель, вычёркивал из списка на получение жилплощади), худрука Дмитрия Тимофеева (который двадцать лет не выходя из кабинета, стал Лауреатом государственной премии и Ленинского комсомола, кавалером пяти орденов, заслуженным деятелем искусств и… народным артистом СССР за то, что где-то когда-то сыграл Ленина!) и Михаила Горюнчика, начальника отдела кадров — главного сексота, доносчика и антисемита! И у незаконно лишённой профессии актрисы Сквирской начались хождения по мукам. Восемь лет, где возможно и как возможно, в основной владением метлой она зарабатывала себе и детям на кусок хлеба и продолжала упорно искать правду. И чудеса всё же бывают: добилась приёма у председателя Верховного суда Смоленцева, который (бывает и такое!), вместо положенных пяти минут, беседовал с ней тридцать пять. Из Москвы полетел протест Верховного суда в Ленинград, и «творческие палачи» вынуждены были восстановить актрису на работе и выплатить ей трёхмесячное пособие (это из восьми-то лет!). А что им оставалось делать? На кремлёвском престоле был уже Горбачёв. В партию Нелли не вернулась, к тому времени из неё, любимой, верные ленинцы выходили пачками!
И вот уже тринадцать лет Нелли Наумовна Сквирская живёт в Германии, в уютном и гостеприимном Аугсбурге. Проводит литературные вечера, пишет рассказы, печатает воспоминания.
Дорогая Нелечка, нежно поздравляю тебя: добрую, красивую, талантливую. Спасибо тебе за блестящее исполнение моих произведений, многие из которых я писал для тебя. Спасибо тебе, что, рискуя свободой, в реакционные годы ты снабжала нас книгами Солженицына, которые сквозь все таможни провозила из Парижа твоя подруга Катрин. Богатства ты не нажила, но твои две дочери, два внука, внучка и две правнучки — это ли не богатство! Дай Бог здоровья — тебе и всей твоей семье. Ты мечтала дожить до семидесяти? А на твоём пороге — уже на десяток больше. Я не сомневаюсь, что 27 мая на твой юбилей соберётся в зале еврейской общины немало твоих друзей и поклонников.

А теперь о том, с чего начал. На твой 75-летний юбилей я подарил тебе шарф с пожеланием хранить его столько, сколько я храню твой галстук. Вот и храни его ещё двадцать лет и побеждай все недуги, побеждать — это твоё хобби!

Твой друг и автор
Саша Мерлин

Другие публикации из рубрики “Puzzle”