. Татьяна Леняшина. Человек — это стиль

Если вспомнить знаменитые слова Бюффона: «Человек — это стиль», — то можно сказать, что Vitali V . — это цифровой стиль.

Как полагает художник, он наткнулся на него случайно, копаясь в сломанном компьютере и вдруг увидев в графическом иероглифе микрочипа его знаковую первозданность. Открытие, в отличие от изобретения, возникает в процессе анализа природных структур, там, где действуют независимые от нас объективные закономерности. Vitali V ., и это уникально, обнаружил эстетический атом не в физической реальности, а в креативной человеческой активности, породившей новую интеллектуальную природу — виртуальный мир. Он соединил открытие и изобретение. Врожденная склонность к семиотическим смыслам, лежащим в основе визуальных форм, определяет его пластический язык. Ювелирные изделия, фарфор, шелковые платки поражают не столько роскошью, сколько аристократической простотой, прекрасной холодноватой отрешенностью от любых физиологических эффектов. Стеклянное зазеркалье металла переговаривается с металлическим блеском стекла. Витальная энергия трансформируется в пифагорийскую гармонию, охраняющую творчество от непосвященных.  Осознанно или нет, но ему близок идущий от Ханны Аренд к Жилю Делезу постмодернистский дискурс «руины» как утраты, исчезновения, непрерывного распада культуры на неподдающиеся воссозданию фрагменты, терпеливо ожидающие новой симулятивной целостности. Ею становится число. Не унылое чередование единиц и нулей в двоичной системе счисления, а поэтическая метафора, взмах крыла бабочки, в котором застыли бинарные оппозиции разума и чувства, пронизывающие человеческое и природное бытие. Цикл «Бабочки» — самое заветное создание Vitali V . В изысканной симметрии, зеркальной, поворотной, орнаментальной, и беспокойных ритмах-синкопах соединяются чистота цвета и линеарная утонченность. Уходит куда-то прагматическая заданность микросхем. И они становятся «набоковским» узором и таинственной клинописью, тоскующими о свободе валентностями и нервными волокнами, капиллярными сосудами, питающими бесплотную печальную красоту.  «Такая красота и срок столь краткий», — написал Иосиф Бродский об этих «летучих портретах» вселенной. Увы, так, по-видимому, всегда соотносятся вечность и мгновение, искусство и жизнь.

Другие размышления об искусстве и прочих материях читайте здесь: