. Ракетная Истерика Северной Кореи

CЕУЛ — Азия вновь охвачена напряжением по поводу ракетной программы Северной Кореи. На этот раз, вместо запуска очередного «сюрприза», правительство Северной Кореи заранее предупредило международные агенства о запуске «спутника» между 4-м и 8-м апреля. Теперь мир задается вопросом не о том, запустит ли правительство Северной Кореи свои ракеты, а о том, что случится после того, как оно это сделает.
США, Япония и Южная Корея уже публично осудили запуск как «акт провокации» и нарушение резолюции 1718, принятой Советом Безопасности ООН в октябре 2006 года, спустя пять дней после того, как Северная Корея провела испытания ядерного вооружения.
Однако на данный момент вместо горячих дебатов необходима хладнокровная оценка военных последствий, которые повлечёт за собой запуск снарядов. Если Япония, США и другие страны попытаются перехватить ракеты, или парировать запуск, то в результате возникнет военная напряжённость, и, возможно, даже столкновение. Перед правительствами стран региона остро стоит вопрос о том, как предотвратить нежелательные военные действия и контрмеры. Самое главное, чтобы жертвой запуска ракет не стали текущие переговоры шести стран (Китая, США, Японии, России и Южной и Северной Кореи), целью которых является окончание ядерной программы Северной Кореи.
Попытки договориться с Северной Кореей должны проводиться с учётом двух основных пунктов. Во-первых, критика правительств в адрес Северной Кореи по поводу её многолетнего упрямого, непродуктивного и пагубного поведения, включающего многочисленные антигуманные действия как против собственного народа, так и остальных, вполне справедлива. Но при этом ответственность за «ракетную истерику» Северной Кореи лежит не только на ней самой.
Действительно, односторонний курс правительства Буша, включая ликвидацию согласованных рамок взаимодействия с Северной Кореей, принятых в Женеве в 1994 году, раздувание шумихи вокруг обогащения урана и бесславную речь об «оси зла», усугубил паранойю и без того параноидального правительства. Поэтому доля ответственности за нынешний хаос должна быть возложена и на политику отношений с Северной Кореей, проводимую, в особенности в течение его первого срока, бывшим президентом Бушем.
Что ещё более важно, никто не должен рассчитывать на то, что тоталитарную коммунистическую систему Северной Кореи можно изменить за один день. Её устаревший механизм коммунистической династии невозможно удалить мгновенно, ни изнутри, ни извне самой системы; и никто не может надеятся на то, что на окаменелую политику армии, партии и бюрократов в правительстве возможно оказать влияние со стороны. Такова железная действительность сегодняшней Северной Кореи.
Однако железная действительность не обязательно должна превращаться в ожесточённое сражение. В самом деле, о войне на Корейском полуострове нельзя и думать, учитывая чудовищные масштабы человеческих потерь, которые она может вызвать. Сама мысль о такой войне служит доказательством дипломатического краха, а не триумфа истинного руководства.
Кроме того, основным препятствием на пути решения проблемы оружия массового уничтожения в Северной Корее и вопроса о конечном объединении Кореи был плохой подбор руководства. С тех пор, как на Корейском полуострове в 1948 году возникли два отдельных правительства и режима, Южной Корее и США (её единственному оборонительному союзнику) приходилось иметь дело лишь с двумя «верховными руководителями» — Кимом Ир Сеном и Кимом Чен Иром. За то же время в Южной Корее сменились десять президентов, а в США — одиннадцать.
За последние десять лет, три южнокорейских и три американских президента пытались договориться с одним и тем же «бессменным» лидером — Кимом Чен Иром. С его точки зрения, подобные смены руководства и вытекающие из этого несовпадения политических курсов являются озадачивающими и непривычными. Только со стороны Южной Кореи ему пришлось справляться с «солнечной политикой» привлечения Кима Де Чина, переменчивой дипломатией Ро Му Хина, и конфронтационной позицией нынешнего президента Ли Минг Бака. Со стороны США, он столкнулся с политикой привлечения, проводимой Биллом Клинтоном, односторонней конфронтацией Джорджа Буша и зарождающимся курсом «принципиального взаимодействия» Барака Обамы.
Подобная форма несоответствия руководства часто приводила к нарушению взаимоотношений и между Южной Кореей и США. Несовпадение президентских сроков — двойной срок, четыре года в США и одноразовый пятилетний срок в Южной Корее — иногда было проблематичным, и политика этих двух стран в отношении Северной Кореи часто не совпадала. В случае, если обе стороны принимают похожий курс, им необходимо проводить огромное количесство времени, добиваясь согласованности действий в отношении Северной Кореи, предоставляя изолированному Северу развивать бессчисленные теории заговора. Корейский вопрос становится ещё более неразрешимым, если в это политическое уравнение включить смену руководства в других заинтересованных странах этого региона — Китая, Японии и России.
В долгосрочной перспективе результатом всех этих несоответствий являются колебания между диалогом и тупиком, приводящими к периодам неуверенного взаимодействия или ожесточённого противостояния. Для того, чтобы разорвать этот порочный круг, необходимо не заниматься дальнейшей риторикой по поводу ракет Северной Кореи, а взять на себя обязательства стабильной, терпеливой дипломатии, способной превзойти смены политического цикла. Развязать корейский узел одним резким движением невозможно. Это сделают только настойчивость и приверженность.
Янг Сын Чир

Автор Янг Сын Чир, председатель Совещательного комитета мирной организации Кима Де Чина, в прошлом занимал пост посла Кореи в США. Он также является автором книги «Политические системы Северной и Южноц Кореи: сравнительный анализ».

Copyright: Project Syndicate/Institute of Human Sciences, 2009.
Перевод: Елизавета Силантьева.
эксклюзивные права по Германии на русском языке: Verlag Terterian — немецкие газеты и портал на русском языке