. Нина Хрущева. Двое похорон и наша свобода

МОСКВА — Похороны на прошлой неделе в Будапеште генерала Белы Кирай, который командовал борцами за свободу Венгерской Революции в 1956, и похоронами этой недели в Варшаве философа Лешека Колаковски, разрыв которого со сталинизмом в том году вдохновил множество интеллектуалов (в Польше и повсеместно) оставить коммунизм, заставили меня пересмотреть наследство моего деда.

Год 1956 был лучшим и худшим временем для Хрущева. Его «секретная речь», в том году обличила масштаб и серьезность преступлений Сталина. Скоро, ГУЛАГ был фактически освобожден; политическая оттепель началась, поощряя ростки свободы, которые невозможно было удерживать. В Польше и Венгрии, в частности, подпольные организации требовали дальнейших изменений.

У Венгрии была своя короткая и великолепная революция. Та первая война среди социалистических государств разрушила миф о неприкосновенных «братских» связей между Советским Союзом и порабощенными народами Восточной Европы. Но Хрущев никогда не предполагал распад Советской империи как часть процесса оттепели, поэтому Красная армия вторглась в Венгрию — в масштабе, большем чем масштабы вторжения «Дня Д» Союзников в Европу в 1944.

Беле Кирай, выпущенному из тюрьмы, где он отбывал наказание в виде пожизненного лишения свободы (это был один четырех смертных приговоров, вынесенных коммунистами), предложили стать командующим Венгерской Национальной Гвардии и взять на себя защиту Будапешта. Его задача состояла в том, чтобы собрать борцов за свободу в армию, но не было времени, чтобы остановить советское вторжение. Так, после недели героизма он и еще несколько тысяч людей пересекли границу с Австрией и обрекли себя на изгнание.

За эти годы, общий друг часто пытался представить меня генералу Кирай, но, к моему сожалению, встреча никогда не случилась. Человек, которому были вынесены четыре смертных приговора, (один — подписанный Хрущевым, другой — Юрием Андроповым, третий — советским послом в Будапеште в 1956) , очевидно обладал потрясающим чувством юмора для того, чтобы вывешивать их в своей гостиной, и свойство этого юмора мне чрезвычайно импонирует.

И оттого, что я знаю об этом человеке и его истории, особенно о его работе в Венгрии после 1989, я могу только сожалеть, что мой прадед не встречался с ним. Конечно, Кирай не смутился бы встречей с человеком, который инициировал вторжение. В конце концов, когда он узнал, что один из российских генералов, которые совершили вторжение, был все еще жив в 2006, Кирай пригласил его в Будапешт присоединиться к 50-ым празднованиям годовщины. Когда Генерал Евгений Малашенко отказался приехать, из страха, что он мог бы быть арестован, 94-летний Кирай полетел в Москву, где он провел долгие выходные, предаваясь воспоминаниям и посещая баню для отставных генералов Красной армии.

Колаковски, напротив, был человеком, с которым я была знакома лично. Мы часто встречались на конференциях, и всегда я приходила в восхищение, слушая, как он говорит по-русски — то был русский, у которого были произношение и элегантность Толстого и Пушкина, не деградировавшая в лай русская речь Владимира Путина. Как Кирай, в 1956, Колаковски отвернулся от Коммунистической Партии, в которую он когда-то вступил в надежде на лучший мир, в надежде, сформированной в склепе, в который нацисты превратили Польшу.

Колаковски, наиболее значимый философ современной Польши, быстро узнал, что ложь была основой и фундаментом Коммунизма, и отвернулся от него в ужасе. К 1968, польский режим больше не мог терпеть его присутствие. Он был лишен должности в Варшавском университете и, когда он отбыл за границу, чтобы преподавать там, правительство фактически превратило его отъезд в ссылку, просто не разрешая ему вернуться.

Удивительно для меня то, как эти трое мужчин с такими различным прошлым и столь различными судьбами — Хрущев, русский крестьянин, ставший сначала пролетарием, а затем Генеральным Секретарем Советской Коммунистической Партии; Кирай, Мадьярский солдат Старого Европейского Света, воспитанный в аристократических традициях; и Колаковски, ученый джентльмен из Варшавы, более расположенный к ереси Янсенизма, нежели чем к извращенной логике ленинской диалектики — могли в конечном счете способствовать одной цели: восстановлению свободы в Европе.

Хрущев действительно ничего не знал кроме коммунизма. Он попытался гуманизировать коммунизм и избавиться от жестокости сталинистской ортодоксальности, но никогда не сомневался в том, что учение Ленина есть путь светлого будущего. Кирай, следующий старым кодексам военной чести (его назовут Справедливым Язычником в Яд ва-Шем, мемориале Холокоста Израиля, за спасение сотен евреев во время Второй Мировой Войны), видел систему врагом его страны и ее свободы.

Но сегодня, Хрущева помнят главным образом благодаря его вкладу в разоблачение и уничтожение сталинизма — а также, благодаря Михаилу Горбачеву, чьим героем он был, и, в конечном счете, благодаря тому, что опосредованно Хрущев помог вызвать упадок коммунизма. Кирай и Колаковски стали голосами изменения и гласности в Венгрии и Польше, которые появились из темноты коммунистического затмения. Кирай останется в памяти не просто как воин, но и как гуманист, миротворец, который не призывал ни к каким репрессиям после 1989; как идеал свободы для многих Венгров. Колаковски, исповедуя неприкосновенность правды в империи лжи, соединил новую демократическую Польшу со старой Польшей интеллектуалов и культуры.

Кирай, Колаковски, и Хрущев: каждый по-своему — символ сегодняшней новой и объединяющейся Европы, Европы восстановления отношений и прощения среди бывших противников.
Нина Хрущева

Автор — Нина Хрущева — автор книги «Представляя Набокова: Россия между искусством и политикой»; преподает международные отношения в Новой Школе (The New School); член научного общества Института Мировой Политики в Нью-Йорке. Copyright: Project Syndicate, 2009. Перевод: Екатерина Щеголькова.

Права на печать: издательство Тертеряна, русскоязычные СМИ — Мюнхен, Аугсбург, Нюрнберг, Берлин и вся Германия. Реклама и полиграфия на русском языке в Германии и Европе. Verlag Terterian — Medien auf Russisch in Deutschland und Europa. Werbung in russischen Zeitungen, Reiseführern, Stadtplänen, Internetportalen und anderen Medienprodukten.
Актуальная информация по телефонным тарифам, мобильной связи и интернету:


Интересные статьи по экономике и о финансах:

Последние публикации рубрики «Новости и политика»:



Новости Интеграции: