. Китай и Индия: Раздел водных ресурсов

НЬЮ-ДЕЛИ — Поскольку Китай и Индия переживают экономический подъем, они привлекают внимание мирового сообщества к всевозрастающей роли Азии больше, чем когда-либо. Тем не менее, на основные стратегические разногласия и двустороннюю конкуренцию этих двух стран мировое сообщество обращает куда меньше внимания. При своем возрастающем влиянии Китай кажется полным решимости задушить азиатских конкурентов, и эта тенденция хорошо прослеживается по отношению к Индии. Тенденция выражена в агрессивном патрулировании спорной гималайской границы Народной Освободительной армией; многими нарушениями пограничной зоны, отделяющей этих двух гигантов; притязаниями в отношении северо-восточного индийского штата Аруначал-Прадеша, который Китай считает своей территорией; а также в нападках на Индию в СМИ, контролируемых китайским государством.Однако не только территориальные споры вносят разногласия в отношения Индии и Китая — вода становится ключевой проблемой безопасности в китайско-индийских отношениях и потенциальным источником устойчивого конфликта.

Экономические системы Китая и Индии уже сейчас страдают от недостатка водных ресурсов. Распространение орошаемых угодий сельского хозяйства и интенсивно использующих воду отраслей промышленности, вместе с требованиями возрастающего количества представителей среднего класса, привело к серьезной борьбе за водные ресурсы. Действительно, обе страны вошли в эру постоянного водного дефицита, который в ближайшее время, вероятно, будет равняться, с точки зрения потребления воды на душу населения, водному дефициту, существующему на Ближнем Востоке.

Быстрый экономический рост может замедлиться перед лицом острого дефицита, следовательно, если потребность в воде продолжит расти безумными текущими темпами, то, возможно, Китай и Индия — две страны, экспортирующих продовольствие — преобразуются в главных импортеров. Такое развитие событий, безусловно, серьезно усугубит глобальный продовольственный кризис.

Даже притом, что в Индии больше пахотной земли, чем в Китае — 160.5 миллиона гектаров по сравнению с 137.1 миллионами гектаров — именно Тибет является источником большинства главных индийских рек. Обширные ледники Тибетского плато, огромное количество подземных источников и значительная высота делают Тибет самым большим в мире пресноводным хранилищем после полярных ледниковых покровов. Действительно, истоки всех главных рек Азии, кроме Ганга, находятся на территории Тибетского плато. Даже два главных притока Ганга берут начало в Тибете.

Сейчас Китай стремится реализовать такие проекты развития междуречного пространства и бассейнов рек на Тибетском плато, которые угрожают уменьшить международные речные потоки в Индию и другие cо-прибрежные государства. Прежде, чем такие гидротехнические проекты дадут повод к новому витку водного конфликта, Китай должен согласовать совместные меры развития речных бассейнов с расположенными вниз по течению государствами, а также должным образом оформить договоренности.

Расположенные вверх по течению дамбы, заграждения, каналы, и ирригационные системы могут преобразовать воду в политическое оружие, которое легко использовать открыто в военное время, или скрыто и тонко в мирное, чтобы сигнализировать неудовлетворенность cо-прибрежным государством. Даже опровержение гидрологических данных в критически важный сезон может являться политическим инструментом. Внезапные наводнения в последние годы в двух индийских пограничных штатах — Химачал-Прадеше и Аруначал-Прадеше — служат уродливым напоминанием о недостатке информации, предоставляемой Китаем о своих проектах. Такие поводы могут в свою очередь побудить расположенное вниз по течению государство искать военный способ уравновешивания нежелательных ситуаций.

Фактически, Китай владеет каптажем большинства международных рек, вытекающих из Тибета, хрупкой экосистеме которого уже угрожает глобальное потепление. Единственной рекой, на которой пока нет гидромашиностроительных заводов, является Инд, бассейн которого расположен главным образом в Индии и Пакистане, а также Салуин, который течет в Бирму и Таиланд. Местные власти провинции Юньнань, однако, рассматривают возможность каптажа Салуина в склонной к землетрясению области вверх по течению реки.

Правительство Индии требовало у Китая большей прозрачности в обмене гидрологическими данными, принятия обязательств не менять естественный поток любой из рек и не уменьшать количества воды в международных водных потоках. Но даже опытный механизм взаимодействия по обмену гидрологическими данными — настроенный в 2007 просто для «взаимодействия и сотрудничества» — не сработал.

Самой опасной идеей, из рассматриваемых Китаем, является идея поворота на север реки Брахмапутры, известной как Ярлунг Тсангпо (Yarlung Tsangpo) жителям Тибета, и переименованной Китаем в Ялуцангпу (Yaluzangbu). Это самая высокогорная река в мире, и также одна из самых быстрых. Диверсия вод Брахмапутры с выжженной Желтой рекой — идея, которую Китай не обсуждает публично, потому что проект подразумевает экологическое опустошение северо-восточных равнин Индии и восточного Бангладеша, и таким образом был бы родственным объявлению водной войны с Индией и Бангладеш.

Однако, изданная в 2005 и получившая официальное государственное одобрение книга «Спасение Китая: воды Тибета», открыто пропагандировала поворот течения Брахмапутры на север. Кроме того, намерения Китая отклонить Брахмапутру на север, используя «мирные ядерные взрывы» для строительства подземного туннеля через Гималаи, получили отклик на международных переговорах в Женеве в середине 1990-ых на Соглашении Всеобщего запрещения испытаний ядерного оружия (CTBT). Китай стремился неудачно освободить PNEs от CTBT, таким образом, договор все еще не действует.

Вопрос теперь не в том, изменит ли Китай маршрут Брахмапутры, а в том, когда он это сделает. Как только закончится стадия технико-экономического обоснования, и схема вмешательства будет готова, проект будет представлен как совершившийся факт. Китай уже идентифицировал изгиб, где Брахмапутра сформирует самый длинный и самый глубокий каньон в мире — буквально на границе с Индией — в качестве точки вмешательства.

Амбиции Китая по перенаправлению Тибетских вод к северу поддерживаются двумя факторами: завершение строительства дамб Трех Ущелий, которое, несмотря на явную экологическую несостоятельность проекта, Китай провозглашает самым большим техническим подвигом начиная с постройки Великой стены; и власть Президента Ху Цзиньтао, который считает двумя основными вопросами своей политики вопросы водных ресурсов и Тибета. Ху, гидролог по образованию, обязан своим быстрым восхождением вверх Коммунистической партии, после зверского подавления сопротивления военному положению, которое он осуществил в Тибете в 1989.

Гидротехнические проекты и планы Китая — напоминание, что Тибет лежит в основе разделения Индии Китая. Тибет прекратил быть политическим буфером почти шесть десятилетий назад, после захвата Китаем. Но Тибет может все еще стать политическим мостом между Китаем и Индией. Для того чтобы это случилось, вода должна стать источником сотрудничества, а не конфликта.
Брахма Челлани

Автор — Брахма Челлани — профессор Стратегических Исследований в Центре Политических Исследований в Нью-Дели. Перевод: Екатерина Щеголькова. Авторские права: Project Syndicate, 2009. Права на печать: издательство Тертеряна, русскоязычные СМИ — Мюнхен, Аугсбург, Нюрнберг, Берлин и вся Германия. Реклама и полиграфия на русском языке в Германии и Европе. Verlag Terterian — Medien auf Russisch in Deutschland und Europa. Werbung in russischen Zeitungen, Reiseführern, Stadtplänen, Internetportalen und anderen Medienprodukten.

Актуальная информация по телефонным тарифам, мобильной связи и интернету/DSL:


Интересные статьи по экономике и о финансах:

Последние публикации рубрики «Новости и политика»:



Новости Интеграции:

Статьи о финансах: