. Площадь Марии

Если вспомнить известное изречение, что все дороги ведут в Рим, то в Мюнхене они все ведут на площадь Марии.

Современная русская проза откликнулась на это целым романом. Писатель Владимир Кунин, проживающий в баварской столице, в романе «Русские на Мариенплац» пишет:

— Где бы я сегодня ни шлялся —по шумной, забитой машинами и людьми Леопольдштрассе, по ее строгому университетскому продолжению — Людвигштрассе и дальше — по роскошной и элегантной Театинерштрассе с заоблачно-запредельными ценами в фантастически красивых маленьких магазинчиках, — меня тянуло на Мариенплац. Где русская девочка с гитарой поет мои песни, где на одной руке, вверх ногами, стоит акробат-эквилибрист из моей Москвы, где ассистирует ему маленький, суровый потомок Чингиз-хана из моей Средней Азии, куда я был эвакуирован в сорок втором…

Это – о дне сегодняшнем.

Если обратиться к истории, то на этом месте с незапамятных времен существовала торговая площадь, которая называлась то Markt, то Schrannenmarkt. Лишь в XVII веке, когда здесь был установлен золоченый памятник деве Марии, она была переименована в Площадь Марии. Во времена правления Максимилиана I в 30-х гг. XVII в. две напасти обрушились на Мюнхен: шведы и чума. Кто или что было страшнее, история умалчивает. Летописцы, которые расходятся в данных, утверждали, что после нашествия шведов сильно сократилось мужское население, а после эпидемии «старухи с косой» в Мюнхене на треть стало меньше жителей. И то ли во имя чудесного спасения от болезни, то ли в честь победы над шведами князь Максимилиан I приказал установить в самом центре торговой площади позолоченную статую Марии — символ мира и жизни.

Сказано — сделано. Снесли обветшавшую капеллу исчезнувшего рода патрициев Голлье, стоявшую на месте бывшей монетной мастерской, в которой чеканили валюту для Мюнхена. Потеря для города была небольшая, наоборот — приобретение. Камни разумный Гангофер использовал при строительстве одной из мюнхенских церквей — Kreuzkirche. А репутация монетного двора уже с конца XIII века была и так изрядно подмочена. Не раз были замечены ее хозяева в подлогах: то закупят монеты других стран низкого качества, слегка посеребрят и пустят в обиход как высококачественную валюту, то просто из металла сомнительного достоинства штампуют якобы золотые гульдены. Не удивительно, что весь германский мир относился тогда к мюнхенским монетам с большим недоверием.
Поэтому, когда в 1638 году на месте бывшего монетного двора и капеллы поставили прекрасную статую Марии скульптора Хуберта Герхардта (Hubert Gerhardt), все быстро забыли предысторию этого места. И с тех пор стала Мария освящать все события, происходящие на площади.
А их с XII века было не мало. Не только местом бойкой торговли была площадь, но и праздничной площадкой, когда в день святого Иоанна Крестителя прыгала молодежь через костры, и лобным местом,  на котором лилась кровь — не святых и мучеников, а убийц и воров. Одного, например, во времена крупного мецената и покровителя искусств герцога Альбрехта V повесили на позолоченной веревке. Его собаку тут же забили, чтобы сопровождала хозяина в ад. При этом и торговля кипела: ведь и когда зрелища есть, хлеб тоже нужен. Поэтому в толпе зевак сновали бойкие хозяйки и предлагали проголодавшимся зрителям штрудели и другую выпечку. Вплоть до XIV века на площади царил сплошной хаос. И только Людвиг I Строгий (Строгий потому, что отдал приказ обезглавить собственную жену за подозрение в неверности) издал указ, регламентирующий порядок торговли и поведения. Людвиг не только навел порядок на Schrannenplatz, так называлась в те времена эта площадь, но и во всем быстрорастущем городе.
Наиболее впечатляет неискушенного зрителя и переносит его в старые готические времена Новая ратуша. Но нет ничего обманчивее первого впечатления! Эта Ратуша поэтому и называется Новой, что есть еще и Старая, действительно являющаяся архитектурным памятником поздней готики (с поправкой на неудачную послевоенную реставрацию). Средневековье по большей части безымянно: конкретных архитекторов, живописцев и строителей как бы не существовало. Они были лишь руками божьими, воплощающими волю Господню на земле. Имена появились с рождением индивидуализма. И поздняя мюнхенская готика уже не анонимна: нам известны имена ее выдающихся творцов. Автор Старой ратуши, один из гениальных мюнхенских архитекторов Йорк Гангофер, вошел в историю прежде всего как создатель символа города — Frauenkirche. От построенной же по его проекту Ратуши со хранилось немногое: разрушенное во время Второй мировой войны здание было восстановлено лишь в конце 50-х годов XX века в самых общих чертах. Подлинные фрагменты интерьера и скульптуры находятся в городском музее (Münchner Stadtmuseum, St. Jakobsplatz).
У каждой площади — свои символы. Есть такие и на Мариенплац. Помимо статуи Марии, к подножью которой жители и гости города носят букетики 9 октября, есть местечко, куда можно приносить цветы хоть каждый день. На южной стороне Старой ратуши стоит бронзовая девушка. Это не кто иная, как Джульетта из шекспировской трагедии о великой любви. И подарил эту скульптуру Мюнхену город, откуда героиня родом – Верона. Так что теперь влюбленным не обязательно ехать в Италию, чтобы выражать свои чувства. Рядом с относительно невысоким зданием Старой ратуши устремляется в небо башня. Вот уж причуды истории: башня, с которой ночные стражники зорко смотрели вдаль, выискивая недоброжелателей, приближавшихся к городу, сейчас снизу доверха заполнена игрушками. Да, самыми обычными (или необычными, потому что среди них есть и раритеты ранних эпох!) предметами детского быта. Сегодня это — музей игрушек: их здесь — тьма-тьмущая из дерева, металла, бумаги и разных других материалов.
Другие материалы из цикла «Города и земли» читайте здесь: