. Негативные последствия государственного долга

СТЭНФОРД. Так как экономические показатели стран во всем мире начинают возвращаться к росту после самого глубокого кризиса за это поколение, особое внимание уделяется огромному бюджетному дефициту и значительному увеличению государственного долга. Планируемый дефицит в этом году (как часть ВВП) составит 13,5% для Соединенных Штатов, что в два раза больше предыдущего рекорда в самый разгар ужасного кризиса начала 1980-х годов. Среди основных экономически развитых стран: Великобритания 14,4%; Франция 8,2%; Индия 8%; Япония 7,4%; Италия 5,4%; Германия 4,7%; Китай 4,2%; и Канада 2,4%.
В дополнение к снижению доходов от налогов и увеличению затрат на социальное обеспечение во время кризиса, многие страны добавили увеличение государственных расходов и/или снижение налогов, чтобы стимулировать свои экономики. Увеличение дефицита — это сумма этих «автоматических стабилизаторов» и дискреционных программ.
Дискреционные ответные меры были самыми крупными в США, в совокупности составляя 4,8% от ВВП, и в Китае — 4,4% за 2008-2010 годы, при этом они более умеренные в Германии и Канаде и меньше в Великобритании, Франции и Индии.

Автоматическое увеличение дефицита было самым крупным в США, умеренным в Великобритании и Германии и меньше в Японии, Индии, Канаде, Китае, Франции и Италии. Эти автоматические воздействия скоро должны будут прекратиться, так как происходит подъем экономической активности, но происходит много дебатов, включая встречи «Большой восьмерки» и «Большой двадцатки», по поводу того, следует ли продлевать дискреционное стимулирующее воздействие или прекращать, повторить или закончить.

Так как каждый доллар, евро, йена, рупия или юань, одолженные сегодня, требуют такой же текущей стоимости в будущих выплатах по процентным ставкам — и, следовательно, в будущих налогах — существуют долгосрочные затраты, чтобы сбалансировать те выгоды, которые дает дефицит бюджета. Бесплатного бюджетного завтрака не будет.

Некоторые политики, например президент Барак Обама в США, представляют свои программы по стимулирующему воздействию на бюджет как эффективный инструмент воздействия на экономический кризис. Они берут на себя ответственность за долгосрочный бюджет, при этом, однако, предлагая бюджеты с большим дефицитом на последующие годы и с большим увеличением доли государственного долга в ВВП.

Политики из политических партий, которые находятся не у власти, выставляют дефицит и долг как ужасное наследство для наших детей и неподъемное бремя для экономики. В 1980-х годах в США демократы подвергли резкой критике президента Рональда Рейгана из-за дефицита; республиканцы сейчас резко критикуют президента Барака Обаму за его еще больший дефицит и долг. Дефицит удобен для политиков, так как он скрывает настоящие расходы денег, полученных от налоговых платежей. Но когда дефицит желаем, а когда он вреден?

Воздействие экономики на бюджетный баланс стремительнее, увереннее и сильнее, чем влияние бюджетного дефицита на экономику. Все экономисты согласны, что нам следует позволить работать экономическим стабилизаторам. Дискреционная бюджетная политика часто неповоротлива тогда, когда надо реагировать на кризис, при этом присутствуют естественные задержки при ее законодательной и административной реализации, а также действует политика правительственных привилегий и особых интересов, окружающая принятие решений по затратам и налогам. Сегодняшние стимулирующие меры в США оказали более медленное воздействие на экономику, чем было обещано. Действительно, большая часть денег, отведенных на стимулирование, будет потрачена после того, как кризис «кажется, закончен». И свидетельством этому является факт, что до сих пор стимулирующие меры не принесли значительного результата.

Это естественно — осуществлять долгосрочные вложения общественного капитала через государственный заем, так как прибыль будет накапливаться в течение многих лет, и будущие налогоплательщики, возможно справедливо, будут нести свою часть ноши. Это стандартная практика для правительств штатов и местных правительств в США. Это также более эффективно для того, чтобы длительное время сдерживать налоговые ставки, а также финансировать при помощи займа временные крупные потребности в затратах, такие как повышение военных расходов во время войны (или для предотвращения войны), впоследствии выплатив этот заем.

Долг федерального правительства США превышал доходы от налогов каждый год с конца второй мировой войны. Такое долговое финансирование и справедливо, и эффективно. Но мало что заслуживает оправдания в сегодняшних программах стимулирующих мер, если мы будем учитывать оба мотива, упомянутых выше.

Уровень, структура и рост затрат и налогов являются фундаментальными индикаторами бюджета. Даже со сбалансированным бюджетом, все еще существует проблема эффективности и результативности затрат, так как каждый доллар правительственных доходов стоит для экономики около 1,30$ при наличии искажений при принятии частных решений, вызванных системой налогов.

Огромный дефицит отложит выставление счета за сегодняшнее потребление для оплаты будущими поколениями и может вытеснить частные инвестиции, тем самым замедляя повышение жизненного уровня. Дефицит более рискован, если уровень национального долга, сумма всех предыдущих дефицитов, высокий или быстро растет по отношению к ВВП.

Доля государственного долга в ВВП различается в зависимости от страны. Он удвоится в США, если президент Обама не поменяет курс, как сделал президент Билл Клинтон, когда он и Республиканский Конгресс сбалансировали бюджет.

Дефицит проблематичен, если он финансирует потребление, а не является результатом эффективных государственных инвестиций в инфраструктуру. Кризисное финансирование скромного запоздалого инфраструктурного компонента большинства стимулирующих программ наводит на мысль, что большая его часть не выдержит строгого экзамена на рентабельность. Некоторые федеральные агентства США пытаются потратить бюджет в десять раз больше, чем их предыдущий — это не рецепт для эффективности или скорости. А дефицит может привести к инфляции, если центральный банк выпустит деньги на сумму государственного долга, что вызовет серьезную озабоченность на финансовом рынке, о чем Китай предупредил Америку.

Эта озабоченность требует, чтобы стратегия финансового выхода была вскоре спланирована, анонсирована и применена, прежде чем программы стимулирующих мер не укоренились надолго, не развили сеть действенных зависимых структур и не увеличили риск повышения процентных ставок, инфляции и размеров налогов. На этом основании граждане повсюду, от Бостона до Берлина, от Мумбая до Москвы имеют полное право быть напуганными при резком повышении государственного долга.
Майкл Дж. Боскин

Автор — Майкл Дж. Боскин — профессор экономики в Стэнфордском университете и старший научный сотрудник в Институте Гувера, а также бывший председатель президентского Совета экономических советников при президенте Джордже Буше старшем в 1989-1993 гг. Право: Project Syndicate, 2009. Перевод — Николай Жданович.

Права на печать: издательство Тертеряна, русскоязычные СМИ — Мюнхен, Аугсбург, Нюрнберг, Берлин и вся Германия. Реклама и полиграфия на русском языке в Германии и Европе. Verlag Terterian — Medien auf Russisch in Deutschland und Europa. Werbung in russischen Zeitungen, Reiseführern, Stadtplänen, Internetportalen und anderen Medienprodukten.

Актуальная информация по телефонным тарифам, мобильной связи и интернету:

Последние публикации рубрики «Новости и политика»:



Статьи о финансах: