. Будущее фактов

БУДЕПЕШТ. На последней конференции газетных редакторов, в которой я принимала участие, собралась небольшая компания, чтобы обсудить журналистику и новые СМИ. Когда я сказала, что начинала свою карьеру в качестве контролёра фактов в журнале, некоторые из них обрели сентиментальный вид, как если бы кто-то рассказал группе священников о том, как он в детстве прислуживал в алтаре. Я вспомнила свое прошлое, поскольку я считаю, что проверка фактов является единственной и лучшей тренировкой не только для журналистики, но и для жизни вообще. Это учит размышлять скептически. Слишком просто поверить чему-либо, когда кто-то, кажущийся хорошо осведомленным, это утверждает. Но если вы ответственны за проверку фактов, то вы слушаете более внимательно.На каких источниках говорящий основывает свои факты? Есть ли в них что-то для него самого — более высокий курс акций, рекламный гонорар или чья-либо признательность? Или он просто имеет некие предубеждения из-за людей, которых он знает, компании, на которую он работает, или отношений, которые складываются дома?

Я провела часы, собирая источники — в основном пыльные бумаги в годы до появления Интернета, или опрашивая незнакомцев по телефону — чтобы прояснить вопрос факта: действительно ли это был первый такой продукт? Было г-ну Смиту 42 года или уже 43? Его утверждение о том, что доходы выросли за последние пять лет, было правдой только из-за приобретений, которые сделала его компания? И так далее.

Моя жизнь проходила под девизом «тк» от английского «to come» («ту кам»), что на жаргоне репортеров означает «выяснить». Мы, контролёры фактов, шутили о ленивых репортерах, которые вручали нам экземпляры своих статей с примерно следующим текстом «Хуан Тайгер, тк лет от роду, вырос в тк и получил образование в тк. Теперь он занимает должность тк в корпорации Widgets Corp., и он…». Наша работа заключалась в том, чтобы заполнять эти «тк».

Однако мы смогли очень многому научиться. Мы не только узнали тысячи фактов, о которых я уже забыла, но и приобрели скептическое отношение наряду с уважением к правде.

Это отношение контрастирует со скептицизмом, который я однажды услышала от одного русского репортера относительно ее работы в юношеские годы. «Как только мы читали статью о вреде сливочного масла для здоровья, мы незамедлительно бежали и покупали столько масла, сколько могли найти», — сказала она мне. «Мы знали, что это означает, что вскоре будет дефицит масла». Другими словами, русские за утверждением выискивали только тайные планы, мотивацию. Фактическая правда была неуместна.

Конечно, в журналистике сохраняются паутины, пропаганда и цензура, однако с одним большим различием: почти каждый сегодня может работать репортером. Как мы можем обеспечить, чтобы эти самозваные репортеры уважали правду?

В США Федеральная комиссия по торговле объявила о планах потребовать от блоггеров и индоссаторов знаменитостей раскрывать данные о подарках или платежах от продавцов и других, которые стремятся получить позитивные комментарии от блоггеров в Интернете. А что в отношении других видов предвзятости?

По мере того, как журналистское духовенство разрушается и каждый может стать штатским репортером или комментатором, регулирование или тренировка всех будущих журналистов не является ответом. В соответствии с восходящим характером сети Интернет по принципу «сделай сам», где люди заказывают свои собственные рейсы, публикуют собственные фотографии и продают свои бывшие в употреблении товары, пользователи должны сами взять на себя ответственность проводить свой собственный контроль фактов.

Это не говорит о том, что журналисты не должны проверять свои собственные факты (или что священники не должны соблюдать догмы своей религии). Однако в итоге каждый должен стать более хорошим читателем — более скептическим и более любопытным. Почему эта история привлекает так много внимания? Всегда ли этот блоггер говорит что-то негативное; всегда ли она говорит о великолепной продукции, которую она использует? Есть ли у нее в блоге какие-либо разоблачения? Почему этот политик говорит красивые вещи о том политике? На какую компанию работает этот эксперт продукции?

Правительства могут вводить регулирование, однако в итоге мы получим тот вид журналистики, о котором мы просим. Если мы попросим об этом, веб-сайты предложат не только содержание, но и системы определения репутации, чтобы те, кто вводит информацию, имели репутацию надежных источников (или не имели).

Мы не должны ставить вне закона анонимность (у которой есть свои цели), однако мы можем запросить сведения о людях, слова которых мы читаем. Некоторые легитимно могут захотеть остаться анонимными, но мы можем сделать собственные заключения об этих причинах.

Такие сложные размышления могут показаться большой работой, однако это то, что требуется сегодня от ответственного взрослого человека в наши дни. По сравнению с веком назад, все больше людей проводят все меньше времени, работая над обеспечением своего физического существования. Однако в этом все более сбивающем с толку мире нам нужно проводить немного больше времени, работая над обеспечением нашей интеллектуальной целостности — задача, которую мы не можем поручить правительству или даже СМИ. Факты священны, однако не всем СМИ, как «новым», так и «старым», которые эти факты нам сообщают, можно доверять.

Эстер Дайсон — председатель корпорации EDventure Holdings, активно инвестирует средства в различные новые предприятия по всему миру. В сферу ее интересов входят информационные технологии, здравоохранение, частная авиация и космические путешествия. Права: Project Syndicate, 2009. Перевод — Татьяна Грибова. Права на печать: издательство Тертеряна, русскоязычные СМИ — Мюнхен, Аугсбург, Нюрнберг, Берлин и вся Германия. Реклама и полиграфия на русском языке в Германии и Европе. Verlag Terterian — Medien auf Russisch in Deutschland und Europa. Werbung in russischen Zeitungen, Reiseführern, Stadtplänen, Internetportalen und anderen Medienprodukten.

Последние публикации рубрики «Шепотом в рупор»:

Актуальная информация по телефонным тарифам, мобильной связи и интернету: