. Слишком большие

НЬЮ-ЙОРК. Разгораются глобальные дебаты: какое новое регулирование необходимо, чтобы восстановить доверие к финансовой системе, а также гарантировать, что новый кризис не разразится несколько лет спустя. Мервин Кинг, управляющий «Bank of England», призвал к введению ограничений на виды деятельности, в которых могут участвовать мега-банки. Премьер-министр Великобритании Гордон Браун с этим не согласен: в конце концов, первым рухнувшим британским банком — стоимостью около 50 миллиардов долларов США — был «Northern Rock», который участвовал лишь в «простых» операциях ипотечного кредитования.

Браун имеет в виду, что подобные ограничения не гарантируют, что не наступит еще один кризис; однако Кинг прав в своем требовании ввести ограничения на банки, которые слишком велики, чтобы обанкротиться. В США, Соединенном Королевстве и других странах большие банки были ответственны за основную нагрузку на налогоплательщиков. Только в этом году в Америке обанкротились 106 более мелких банков. Именно мега-банки ведут к мега-затратам.

Кризис является следствием, по крайней мере, восьми отдельных, но связанных между собой неудач:

· Банки, слишком большие для банкротства, имеют извращенные стимулы; если они рискнут и выиграют, то они получат прибыль; если они потерпят неудачу, то по счету заплатят налогоплательщики.

· Финансовые институты слишком взаимосвязаны, чтобы обанкротиться; часть AIG, которая стоила американским налогоплательщикам 180 миллиардов долларов, была относительно незначительной.

· Даже если отдельные банки малы, если они участвуют во взаимосвязанном поведении — используя те же модели — их поведение может подпитывать системный риск.

· Структуры стимулов внутри банков направлены на поощрение недальновидного поведения и чрезмерного принятия риска.

· В оценке своего собственного риска банки не смотрят на внешние факторы, которые они (или их неудача) возложат на других, что является одной из причин, почему, прежде всего, требуется регулирование.

· Банки сделали плохую работу в оценке риска — модели, которые они использовали, были глубоко дефектными.

· Инвесторы, которые, кажется, еще менее информированы о риске чрезмерного левериджа, чем банки, тем не менее, оказывают огромное давление на банки, вынуждая их брать на себя чрезмерный риск.

· Регуляторы, которые предположительно должны понимать все это и предотвращать действия, которые способствуют системному риску, не выдержали испытания. Они также использовали дефектные модели и имели дефектные стимулы; слишком многие не понимают роль регулирования; и слишком многие становятся «заложниками» тех, кого они предположительно должны были регулировать.

Если бы мы могли больше доверять нашим регуляторам и контролерам, то мы могли бы легче относиться ко всем другим проблемам. Однако регуляторы и контролеры подвержены ошибкам, поэтому нам нужно подходить к проблемам со всех сторон.

<!— /* Style Definitions */ p.MsoNormal, li.MsoNormal, div.MsoNormal {mso-style-parent:»»; margin:0cm; margin-bottom:.0001pt; mso-pagination:widow-orphan; font-size:12.0pt; font-family:»Times New Roman»; mso-fareast-font-family:»Times New Roman»;} a:link, span.MsoHyperlink {color:blue; text-decoration:underline; text-underline:single;} a:visited, span.MsoHyperlinkFollowed {color:purple; text-decoration:underline; text-underline:single;} @page Section1 {size:612.0pt 792.0pt; margin:70.85pt 70.85pt 2.0cm 70.85pt; mso-header-margin:36.0pt; mso-footer-margin:36.0pt; mso-paper-source:0;} div.Section1 {page:Section1;} —> Последние публикации рубрики «Шепотом в рупор»:

Конечно, регулирование связано с затратами, однако потери от недостаточной системы регулирования огромны. Мы не предприняли достаточных мер, чтобы предотвратить другой кризис, и преимущества усиленного регулирования намного перевешивают увеличивающиеся затраты.

Кинг прав: банки, которые слишком велики, чтобы обанкротиться, также слишком велики, чтобы существовать. Если они продолжат свое существование, то они должны существовать в виде так называемой «утилитарной» модели, что означает, что они подвергаются сильному регулированию.

В частности, разрешение таким банкам продолжать участвовать в торгах собственными акциями деформирует финансовые рынки. Почему им должен быть разрешен риск, когда налогоплательщики страхуют их потери? Что представляет собой «синергизм»? Может ли он превысить издержки? Некоторые большие банки сегодня участвуют в значительно большей части торгов (как за свой счет, так и от имени своих клиентов), чем раньше, и, фактически, они получили тоже несправедливое преимущество, которое есть у каждого трейдера, располагающего инсайдерской информацией.

Это может принести им большую прибыль, но за счет других. Это перекошенная игровая площадка — она в большей степени перекошена против более мелких игроков. Кто не предпочтет своп на кредитный дефолт, гарантированный правительством США или Соединенного Королевства? Не удивительно, что на рынке доминируют институты, которые слишком велики, чтобы обанкротиться.

Сегодня экономисты сходятся во мнении, что стимулы действительно имеют значение. Служащие банков получают вознаграждение за более высокую прибыль — как в результате усовершенствованной работы (показывая более хорошие результаты, чем рынок), так и просто за принятие риска (более высокий леверидж).

Обманывали ли они своих акционеров и инвесторов или они не понимали природу риска и вознаграждения? Возможны оба варианта. В любом случае, это расхолаживает.

Учитывая недостаточное понимание риска инвесторами, а также дефекты в корпоративном управлении, у банкиров есть стимул не создавать хорошие структуры стимулов. Жизненно необходимо исправить такие недостатки — на уровне организации и индивидуального менеджера.

Это означает деление на более мелкие части слишком важных, чтобы обанкротиться (или чтобы распасться), институтов. В случаях, когда это невозможно, это означает строгое ограничение их деятельности, а также наложение более высоких налогов и более высоких требований к достаточности основного капитала, таким образом способствуя выравниванию игрового поля. Зло, конечно, находится в деталях — и большие банки будут делать все возможное, чтобы создать ситуацию, что какие бы штрафы ни применялись, они были бы достаточно малыми, чтобы не перевешивать преимущества, полученные от страхования со стороны налогоплательщиков.

Даже если мы сможем идеально настроить банковские стимулы — что маловероятно, — банки по-прежнему будут предоставлять большой риск. Чем больше банк и чем больше большие банки будут иметь возможность брать на себя большие риски, тем больше опасность для наших экономик и наших сообществ.

Выбор не стоит между черным и белым: чем больше мы ограничиваем размер, тем более расслабленными мы можем быть в отношении этих и других деталей регулирования. Именно поэтому Кинг, Пол Волкер и Экспертная комиссия ООН по реформам международной валютной и финансовой системы, а также ряд других экспертов, правы в отношении необходимости обуздать большие банки. Требуется многосторонний подход, который будет включать в себя специальные налоги, увеличенные требования к капиталу, более жесткий контроль, а также ограничения масштаба деятельности, связанной с принятием риска.

Такой подход не предотвратит еще один кризис, однако он сделает его менее вероятным — и менее затратным, если он действительно произойдет.

Автор — Джозеф Е. Стиглиц — профессор Колумбийского университета и лауреат Нобелевской премии в области экономики за 2001 год. Этой зимой выходит его новая книга «Затяжной прыжок»
Права: Project Syndicate, 2009. Перевод — Татьяна Грибова. Права на печать: издательство Тертеряна, русскоязычные СМИ — Мюнхен, Аугсбург, Нюрнберг, Берлин и вся Германия. Реклама и полиграфия на русском языке в Германии и Европе. Verlag Terterian — Medien auf Russisch in Deutschland und Europa. Werbung in russischen Zeitungen, Reiseführern, Stadtplänen, Internetportalen und anderen Medienprodukten.

Статьи об экономике и финансах:

Информация по телефонным тарифам, мобильной связи и интернету:

Последние публикации рубрики «Новости и политика»:



Новости Интеграции: