. Легенда о трёх маврах

«Drei Mohren» — самый знаменитый отель нашего города. Когда-то бывший самостоятельным, он вошёл потом в европейскую сеть отелей «Starnberger», и название «Drei Mohren» удлинилось на одно слово — «Drei Mohren Starnberger». В этом году сеть «Starnberger» обанкротилась и была куплена египетской компанией. И что интересно: Египет расположен совсем недалеко от Эфиопии — страны, пришельцы из которой и дали отелю его странное название. Легенда о трёх маврах рассказана в книге Петера Демпфла «Аугсбургские сказания».

1495 год. Аугсбург. Старый солдат стоит на часах у ворот Хаунштеттен. Вечер весеннего дня. Внезапно из тумана появляются четыре чёрных фигуры и медленно направляются к воротам. Солдат в ужасе смотрит на них. Ему кажется, что черти пришли за ним забрать его грешную душу в ад. Солдат падает на колени и просит их о пощаде. Но тут, на его счастье, вдруг колокола базилики Святой Афры начинают бить, призывая к вечерней молитве. Чудесное спасение! И словно подчиняясь божественному зову, чёрные фигуры на мосту опускаются на колени и начинают молиться.
Помолившись, странные путники что-то спрашивают у стражника на чужом языке. Стражник ничего не понимает, но он знает, что с некоторых пор в их городе живёт известный учёный Конрад Пойнтигер. Солдат даёт путникам в провожатые своего помощника и отправляет их на поиски дома Пойнтигера. Дальше следуют и вовсе впечатляющие картины: при виде чёрных путников жители крестятся, падают от ужаса на колени и просят Господа о прощении своих грехов. Им кажется, что перед ними – посланники Страшного Суда. Пойнтигер живёт рядом с Домом. И вскоре чёрные странники оказываются в гостях у Конрада.
В этот и многие следующие вечера в пивных вольного города Аугсбурга не утихали разговоры о происшедшем. Пойнтигер уже рассказал жителям о том, что путники пришли в Аугсбург из далёкой страны Абиссинии, где так жарко, что кожа от солнца чернеет. Они – христианские монахи, копты, и пришли поклониться мощам святых в аугсбургских соборах. И обычаи их похожи на местные, и крестятся они так же. Путники поселились на первом этаже постоялого двора на Steingasse, принадлежавшего некоему Зигмунду Миннеру. Говорят, что уже тогда двор Миннера был самым приличным в Аугсбурге. И платили путники Миннеру тоже прилично: золотым песком из Африки. Правда, спали они, как это было принято на их родине, на полу. В жаркой Абиссинии никому не нужны матрасы и одеяла.

Эфиопские монахи каждый день босиком ходили в Дом, молились и, отслужив все мессы, поздно вечером возвращались на двор Минера. Пойнтигер общался с эфиопами на латыни, языке всех образованных людей того времени. Каким-то образом эфиопы его понимали. Так прошло лето. Жители Аугсбурга уже привыкли к ежедневным походам чернокожих гостей в Дом. Только мальчишки время от времени бросали в монахов камнями. Но вот пришёл ноябрь. Упали последние листья с деревьев, и дни стали короче. Монахи по-прежнему ходили к Дому, но как-то уже и шли медленнее, и молились не так вдохновенно, и лица их от холода покрывались серыми пятнами.
Туманы, приходящие с Леха, уже укрывали весь город по утрам. Солнца стало мало, и вот это-то обстоятельство и заставило гостей из Африки решиться на отъезд. Монахи ушли из города в декабре, когда уже выпал снег, лежавший везде толстым слоем: зимы тогда были покрепче нынешних. Об их уходе сообщили Пойнтигеру, и учёный пришёл в ужас. Он понимал, что непривычные к холоду эфиопы просто замёрзнут где-нибудь на дороге. Пойнтигер немедленно послал за монахами Миннера, чтобы вернуть их обратно. Миннер с помощниками догнали монахов на нынешнем Hochfeld. Один из монахов уже лежал на снегу, не подавая признаков жизни. Его гибель заставила монахов поверить Миннеру, что та же участь ждёт и остальных путников, если они немедленно не вернутся в город, в тепло.
После этого монахи из Африки уже больше не предпринимали попыток покинуть Аугсбург. Возможно, решение навсегда остаться в чужом для них городе было продиктовано им свыше, и они ему подчинились. До самой своей смерти монахи жили в трактире Миннера, принося ему одним своим пребыванием новых клиентов, желавших взглянуть на необычных гостей. Постоялый двор Миннера процветал. И на волне этого процветания, чтобы окончательно закрепить успех, Миннер подал в Городской совет прошение о переименовании своего заведения. Всем привычное, но простое имя «Gasthof Minner» он заменил на «Zu den drei Mohren». По этому случаю был устроен пир с бесплатной раздачей тёмного пива, и стены трактира тряслись от танцев так, что бедные монахи на втором этаже думали, что пришёл конец света.
У этой истории есть продолжение. В 1722 году дальний потомок Зигмунда Миннера Андреас Валь купил расположенный рядом с «Zu den drei Mohren» участок Винного двора и построил то самое здание, которое так торжественно встречает сейчас своих гостей на главной улице нашего города. «У трёх мавров» всегда хорошо. Тепло, по крайней мере, как в Эфиопии.