. Баварский Робин Гуд

Есть события и люди, которые спустя столетия превращаются в легенду. Легенда живёт, становится фильмами, книгами, путеводителями и туристическим брэндом. Такой стала история знаменитого браконьера Матиаса Клостермайера. Он жил в наших местах в XVIII веке  и живёт и сейчас: в рассказах экскурсоводов и буклетах, приглашающих к небольшому путешествию в Киссинг и Бад Мергентхайм.

Матиас Клостермайер, ставший впоследствии баварским Робин Гудом, родился 3 сентября 1736 года в Киссинге. Киссинг и сейчас вполне сельское место, а по тем временам и подавно, так что занятия у Матиаса были обыкновенные: летом он пас скот, а зимой ткал что-то из шерсти овец. Воспитывал будущего героя его крёстный отец, так что либо Матиас рос сиротой, либо, по каким-то причинам, был отдан крёстному на воспитание. В свободное от пастушеской и ткацкой службы время он служил помощником охотника у некоего Воршинга и через несколько лет знакомства с ним мог уже попасть в голову летящей птицы.
Рядом с Киссингом есть небольшой замок — Бад Мергентхайм. Там у монахов молодой Клостермайер получил вполне приличное для крестьянина образование. Рассорил его с монахами анекдотичный случай. На масленице в охотничьем азарте Матиас обознался в лесу: застрелил вместо зайца кота. Между тем, живший в замке почтенный отец Венантиус славился, в силу причудливости своего характера, как раз покровителем и защитником котов. Гибель кота Венантиус Клостермайеру не простил.
Случай вёл Матиаса между тем к новым приключениям. Он служил старшим крестьянином (по-нашему, бригадиром) у зажиточного фермера Баумиллера. А у Баумиллера была юная и, разумеется, прекрасная дочь Моника. Фермер, правда, плохо видел, но это не мешало ему всё хорошо понимать. И то, что он понял, его не обрадовало: Матиас и Моника стали любовниками, а он, того и гляди, может стать незаконным дедушкой. А ещё Баумиллер кое-что знал. Он знал, что Матиас занимается браконьерством: охотится в господском лесу. Об этом знали и многие другие крестьяне и весьма уважали Матиаса за его охотничьи старания. Дело в том, что дичь, которую отстреливал Клостермайер, травила и поедала их урожай, а трогать её, как господскую, было запрещено. Так что браконьер в данном случае невольно выступал в роли защитника крестьян. Да тут ещё славный Mатиас делился своей добычей с бедными семьями, то ли по доброте души, то ли просто потому, что столько мяса ему всё равно было не съесть.
Попытки Баумиллера остановить развитие романа Моники и Матиаса ни к чему не привели. Моника продолжала любить браконьера, а браконьер продолжал отстреливать запрещённую дичь. И дело Матиаса процветало: скоро уже он был не один, а с целой компанией соратников. Возникла, по современной терминологии, ОПГ — организованная преступная группировка. Факт этот весьма не понравился местным баварским властям, и преследование команды браконьеров приобрело настолько серьёзный характер, что команде Клостермайера пришлось периодически отсиживаться в соседней Швабии, в Верхнем Лехе. Там с ними пытались объединиться местные лесные разбойники, но Клостермайер от этого наотрез отказался, потому что предложение исходило от людей, которые не обладали никакими моральными принципами. Между тем, Матиас по-прежнему помогал бедным, и не хотел компрометировать себя связями с обычными уголовниками. Может быть, поэтому, когда Клостермайер всё-таки попался властям «на горячем», наказание оказалось необычно мягким: девять месяцев тюрьмы.
Этих девяти месяцев оказалось вполне достаточно, чтобы Моника Баумиллер родила дорогому Матиасу сына Корбиниана. Между тем, баварский курфюрст предложил Клостермайеру сразу же после освобождения должность своего придворного егеря: не пропадать же таланту! Но Матиас предпочёл вернуться к оставшимся на свободе товарищам, а не охотиться на них в роли егеря.
Итак, всё снова пошло своим чередом. И в результате этого в 1769 году в Ульме был издан приказ о скорейшей поимке банды браконьеров Клостермайера. Было предписано без лишних слов уничтожать их во время преследования, если поимка становится невозможной. Этим воспользовался ради награды один местный охотник. Он заказал товарищу Клостермайера дичь, а когда тот принёс её в условленное место, охотник его застрелил. Случай этот вызвал ярость Клостермайера. Матиас поклялся отомстить.

Очень скоро власти пожалели, что связались с Клостермайером. Он стал нападать на суды и другие государственные учреждения, разоряя здания и уничтожая документы. Государство не стало медлить с ответом. В ноябре 1770 года судья Хеммер издал в Мюнхене постановление, в котором была обещана большая
награда тому, кто доставит Клостермайера живым или мёртвым в ближайшее отделение полиции курфюрста. И уже через несколько месяцев, в январе 1771 года, после четырёх часов пальбы, бравый лейтенант Шедл взял Клостермайера в плен. Разбойников отправили в тюрьму в Бухлоэ, а оттуда — на суд в Диллинген, чем этот славный город до сих пор гордится. Публика на суде услышала обвинения Клостермайера более чем в 50 нападениях в Алльгоу, Аугсбурском округе, Ульме, Гюнцбурге и других местах Баварии. Удивление дерзостью и размахом совершенных деяний позволили Матиасу войти в историю: он запомнился людям!
Четверо соратников Клостермайера, с помощью каких-то студентов, сумели сбежать из тюрьмы в Диллингене. Сам же Клостермайер бежать не смог, и 6 сентября 1771 года его казнили вместе с 14 соратниками на Дунайском мосту в Диллингене при большом стечении любопытной публики со всей Баварии. Быть может, Клостермайеру было бы легче расставаться с жизнью, если бы он знал, что слава о нём будет жить весьма и весьма долго, а спустя двести лет будет создано общество его имени: «Historischen Förderverein Bayrischer Hiasl Kissing e.V.» Киссинг никогда не забудет Клостермайера: городу нужны туристы…

Другие материалы из цикла «Аугсбург и окрестности» читайте здесь: