. «Детская армия» Динкельсбюля

Следующая остановка в экскурсии по «Романтической дороге» — город Динкельсбюль, спасённый детьми.

Жила-была девочка Кинлерлоре. И был у нее друг Ян. И дружили они в далеком 1632 году, когда у крепостных стен их родного города Динкельсбюля стояли шведы. Кинлерлоре была католичкой. Ян — лютеранином. Они бы и дальше жили-поживали, не ведая об этих различиях, если бы не ежедневные разговоры в ратуше о том, что будет с католиками, что будет с поклонниками Лютера, если в город войдут шведы.

Динкельсбюль на гравюре 1643 года.

Динкельсбюль на гравюре 1643 года.

Время было тяжелое. Ужины горожан становились все скуднее, а иногда и отменялись вовсе. Съестного в городе оставалось мало. Тем горячее были дискуссии в ратуше осажденного города. Девочка Кинлерлоре, которая в обычное время помогала матери на кухне, теперь больше занималась тем, что подслушивала у дверей ратуши.

— Надо открывать городские ворота! У нас нет никакого выхода! — сказал правящий бургомистр города.

Услышав это, Кинлерлоре выбежала на улицу и столкнулась у выхода с другом Яном.

— О чем там сегодня говорили?

— О том, что будут открывать ворота и пускать шведов. Знаешь, какие они ужасные? Они собирают мужчин всех вместе и отрубают им головы. А женщины…

Тут она вспомнила, как неистово крестилась ее мать, когда говорила о том, что они делают с женщинами.

— Но у меня есть идея. Ты знаешь, что у главного шведа недавно погиб сын? Он был нашего возраста. Об этом сегодня говорили на заседании. Его отец — командующий, теперь ни с кем не говорит, он только отдает приказы убивать всех и разрушать всё подряд.

И Кинлерлоре начала что-то шептать мальчику на ухо. С заговорщическим видом они расстались.

А утром в лагере шведов увидели картинку. Навстречу уже готовым двинуться на осаду города войскам шла толпа. Сначала осаждающие подумали, что это — карлики. Но когда присмотрелись, увидели, что это были дети. Их были сотни. Первыми шли Кинлерлоре и Ян. Один из военачальников сел на лошадь и поскакал им навстречу.

Когда дети увидели приближающегося к ним всадника, они все по команде упали на колени и протянули в молитвенном жесте руки. Кинлерлоре и Ян тоже стояли на коленях, не поднимая головы, пока Кинлерлоре не почувствовала на своем лице чужую руку. Рука гладила ее по щекам, потом по волосам. И тогда Кинлерлоре осмелилась поднять глаза на чужеземца. Он был суров, но в глазах светилась грусть. И он не выглядел тем Злом, которое должно было отрубить голову ее отцу.

Сторожевые на башнях города удивились, когда увидели, что шведы развернулись и пошли прочь. Они были сражены как молнией, когда перед городскими воротами увидели командующего шведской армией с детьми на руках.

У истории есть настоящий хеппи энд. Город Динкельсбюль спасли от разорения дети. Жители заплатили шведам какими-то драгоценностями, сохранив головы. С тех пор (во всяком случае на протяжении второй половины XX и начала XXI века) в июле Динкельсбюль отмечает «праздник детей — kinderzeche», как напоминание о замечательной парочке Кинлерлоре и Яне и сотнях детей, стоявших на коленях.

Легенду эту мы услышали из уст коренных динкельсбюльцев. Если кто знает другой вариант истории, напишите нам об этом по адресу:

zeitung@germaniaplus.de А еще лучше опубликуйте на портале: www.literaturaplus.de

Инна Савватеева

Другие материалы из цикла «Города и земли» читайте здесь:

Другие материалы из рубрики «Романтическая дорога» читайте здесь: