. Питер Сингер. Так сколько прозрачности мы можем себе позволить?

ПРИНСТОН. Слово «прозрачность», как кажется, стало словом дня во множестве областей политики. Но всегда ли хорошо больше прозрачности?

С тех пор как в 2008 году возник финансовый кризис, появился призыв “к большей прозрачности” в финансовых услугах. Закон о финансовой реформе, принятый Конгрессом Соединенных Штатов в прошлом месяце, требует большей прозрачности от банков и других фирм, работающих в сфере оказания финансовых услуг. Кроме того, благодаря тяжелой работе фонда «Оксфам Америка» и коалиции Publish What You Pay (публикуй-то-что-платишь), закон также требует от нефте- и горнодобывающих компаний – как из США, так и иностранных ‑ которые хотят привлечь капитал в США, раскрывать свои платежи правительствам стран, в которых они работают.

Для многих бедных стран богатство природных ресурсов ‑ проклятие, а не выгода. Коррумпированные правители могут использовать миллиарды, которые они получают от нефте- и горнодобывающих корпораций для собственной расточительности или для покупки оружия для войск, подавляющих демократические движения сопротивления.

Конечно, одна только прозрачность не может предотвратить это, но она покажет всем, сколько правители получают и кто их финансирует. Есть надежда, что это изменит подходы корпораций, обогащающих себя платой диктаторам за право добывать ценные ресурсы, принадлежащие всей стране. Во всем мире получение украденных товаров является преступлением – кроме случаев, когда товары украдены диктаторами у людей, которыми они управляют.

В прошлом месяце намного больше внимания получили различные формы прозрачности. Организация Wikileaks, которая описывает себя как “анонимное глобальное авеню для распространения документов, которые должна видеть общественность”, выпустила 92 000 документов, связанных с войной в Афганистане, включая военные доклады относительно инцидентов и доклады разведки.

Wikileaks за прошлые три года издала множество секретных документов, от руководства американских вооруженных сил по управлению тюрьмой в заливе Гуантанамо до разоблачения коррупции в Кении и затопления ядовитых химикатов недалеко от берега Африки. Она также издала список веб-сайтов, которые австралийское правительство предложило блокировать, список членов крайне правой британской Национальной партии, анализ риска дефолта главного исландского банка и видео сюжет американского вертолетного нападения в Багдаде, во время которого было убито 12 человек, включая журналиста и фотографа агентства Рейтер. Но размещение афганских военных докладов было, все же, самым неоднозначным.

«Нью-Йорк Таймс», вместе с «Гардиан» и «Шпигель», получили шанс изучить документы прежде, чем они были опубликованы, и решили частично издать материал. Их редакторы утверждали, что, в то время как решение предать гласности секретный материал является всегда трудным, эти документы имели “значительный общественный интерес” и “высветили необычайную трудность того, что Соединенные Штаты и их союзники совершили, причем таким образом, которым никто другой не мог этого сделать”. Американский сенатор Джон Керри, ведущий демократ, который поддерживает войну, сказал, что документы могут “занизить ставки” в конфликте и сделать более насущными “внесение поправок, необходимых для исправления политики”.

Основатель Wikileaks Джулиан Ассанж предположил, что документы могли создать основание для преследования в судебном порядке военных преступлений, совершенных американскими силами против афганских граждан. Другие, включая президента Барака Обаму, сказали, что документы “не выявляют проблем, которые не были бы известны по нашим общественным дебатам по Афганистану”.

Прослеживается ясная параллель между недавними афганскими утечками и выпуском Даниэлем Эллсбергом в 1971 году документов Пентагона, которые помогли американской общественности понять, как в действительности велась война во Вьетнаме. На своем веб-сайте Wikileaks ссылается на решение американского Верховного Суда по аналогичному случаю: “только свободная пресса может эффективно выявить обман в правительстве”. Wikileaks также утверждает, что его утечки уже были катализатором для “сотен реформ” и что “открытое правление – это самый эффективный метод продвижения хорошего правления”.

Но даже некоторые сторонники открытого правительства думают, что Wikileaks заходит слишком далеко. Стивен Афтергуд, глава проекта по правительственной секретности в Федерации американских ученых, считает Wikileaks врагом открытого общества из-за его отказа уважать нормы закона и права людей.

Хотя Wikileaks говорит, что она не опубликовала дополнительные 15 000 документов об афганской войне, чтобы удалить имена и другие средства идентификации людей, которые могли бы подвергнуться риску, лондонская «Таймс» показала, что в некоторых случаях в уже изданных документах встречалось достаточно идентифицирующих деталей. Ассанж сказал, что он глубоко сожалеет о любом ущербе, который могут нанести изданные документы, однако защитил издание. И веб-сайт Wikileaks указывает на то, что, в то время как открытость может привести к некоторым очень плохим последствиям, мы не в состоянии видеть последствий не публикации, а атмосфера открытости делает более вероятным то, что правительства и корпорации будут действовать более этично.

Но сколько открытости мы можем себе позволить? В Латвии исследователя искусственного интеллекта в отделе информатики Латвийского университета, который ранее в этом году пропустил конфиденциальные отчеты о доходах управляющих банком, похвалили как современного “Робина Гуда”, потому что иначе общественность не узнала бы, сколько некоторым людям продолжали платить, в то время как их банки спасали за счет государственных средств. Каждый год в Норвегии правительство издает сведения о доходе и состоянии почти каждого налогоплательщика. Является ли это слишком большой прозрачностью? Если так, то почему?

В мире, в котором террористы совершали злодеяния и угрожают совершать их дальше, искать полную правительственную прозрачность утопично. Иногда хорошее можно сделать только втайне. Все же, в целом, более прозрачное сообщество, вероятно, будет лучшим ‑ и то же самое относится к более прозрачному миру.

Питер Сингер – профессор биоэтики в Принстонском университете и профессор-лауреат в Университете Мельбурна. Им опубликованы такие книги, как «Практическая этика» и «Один мир», а также вышедшая недавно книга «Жизнь, которую вы можете спасти».

Копирайт: Project Syndicate. Перевод с английского — Николай Жданович. Права на печать: издательство Тертеряна, русскоязычные СМИ — Мюнхен, Аугсбург, Нюрнберг, Берлин и вся Германия. Реклама и полиграфия на русском языке в Германии и Европе. Verlag Terterian — Medien auf Russisch in Deutschland und Europa. Werbung in russischen Zeitungen, Reiseführern, Stadtplänen, Internetportalen und anderen Medienprodukten.

Последние публикации рубрики «Новости и политика»: