. Джозеф C. Най. Может ли Россия быть великой?

КЕМБРИДЖ. В 1950-х годах многие американцы боялись, что Советский Союз превзойдет Соединенные Штаты как ведущую державу в мире. Советский Союз имел самую большую в мире территорию, занимал третье место по населению и второе место по экономике, и он добывал больше нефти и газа, чем Саудовская Аравия.

Кроме того, СССР владел почти половиной ядерного оружия в мире, имел бóльшую армию, чем США, и имел больше ученых, занятых научными исследованиями. Он взорвал водородную бомбу в 1952 году, спустя всего год после США, и первым запустил спутник в космос в l957 году.

С точки зрения мягкой силы коммунистическая идеология была привлекательна для Европы после второй мировой войны вследствие ее борьбы с фашизмом, а также в странах третьего мира из-за ее идентификации с популярным движением за национальную независимость. Советская пропаганда активно способствовала мифу о неизбежности триумфа коммунизма.

В 1959 году Никита Хрущев хвастливо заявлял в 1959 году, что Советский Союз догонит США к 1970 году, самое позднее к 1980 году. Уже в 1976 году Леонид Брежнев сказал французскому президенту, что к 1995 году коммунизм будет доминировать в мире. Такие предсказания подкреплялись ежегодными темпами экономического роста на 5-6 % и увеличением доли СССР в мировом производстве от 11 % до 12,3 %, между 1950 и 1970 годами.

После этого, однако, темпы роста Советов и их доля в мировом производстве начали быстро снижаться. В 1986 году Михаил Горбачев описал советскую экономику как “очень больную. Мы отстаем по всем показателям”. Год спустя, министр иностранных дел Эдуард Шеварднадзе сказал своим чиновникам: “Мы с вами представляем великую страну, которая за прошлые 15 лет все более и более теряла свое положение одной из лидирующих промышленно развитых стран”.

Что удивительно в ретроспективе ‑ это то, какими неточными были западные оценки советской власти. В конце 1970-х годов “Комитет по существующей опасности” утверждал, что советская власть превосходит власть США, и американские выборы 1980 года отразили такие страхи. Однако в 1991 году Советский Союз был разрушен.

Развал Советского Союза значительно сократил Россию территориально (76 % территории СССР), демографически (50 % населения СССР), экономически (45 % производства СССР), и с точки зрения военнослужащих (33 % численности вооруженных сил СССР). Кроме того, мягкая сила коммунистической идеологии фактически исчезла.

Тем не менее, у России было почти 5000 единиц развернутого ядерного оружия и более одного миллиона вооруженных сил, хотя ее общие военные расходы составляли только 4 % общемирового количества (по сравнению с 40 % США) и ее способность демонстрировать свою мощь в мировом масштабе очень уменьшилась.

Что касается экономических ресурсов, то ВВП России в размере 2,3 триллиона долларов США составлял 14 % от ВВП США по независимым оценкам, а ее доход на душу населения в размере 16 000 долларов США (измеренный с точки зрения паритета покупательной способности) составлял примерно 33 % от аналогичного показателя США. Ее экономика в большой степени зависела от доходов от нефти и газа, а не товаров, произведенных с использованием высоких технологий, которые составили только 7 % от экспорта промышленных товаров (по сравнению с 28 % у США).

С точки зрения мягкой силы, несмотря на привлекательность традиционной российской культуры, Россия не очень представлена в мире. По словам российского аналитика Сергея Караганова, Россия должна использовать “жесткую силу, включая военную, потому что она живет в намного более опасном мире и не имеет никого, за кем можно было бы спрятаться, и потому что у нее мало мягкой силы ‑ то есть, социальной, культурной, политической и экономической привлекательности”.

Россия больше не подвержена коммунистической идеологии и громоздкой системе централизованного планирования, и вероятность фрагментации по этническому принципу, хотя эта угроза все еще существует, уже уменьшилась. Тогда как в Советском Союзе этнические русские составляли всего 50 % населения, теперь они составляют 81 % населения Российской Федерации.

Политических учреждений, необходимых для создания эффективной рыночной экономики, явно недостаточно, а коррупция безудержно растет. Российский капитализм баронов-разбойников испытывает недостаток в эффективном регулировании, которое создает доверие в рыночных отношениях. Система здравоохранения находится в запустении, смертность увеличивается, а показатели рождаемости уменьшаются. Средний российский мужчина умирает в 59 лет ‑ необычно низкий уровень жизни для развитой экономики. Демографы ООН предполагают, что население России может уменьшиться со 145 миллионов человек сегодня до 121 миллиона к середине текущего столетия.

Возможно много вариантов будущего для России. С одной стороны, некоторые представляют Россию как банановую республику с развитой промышленностью, коррумпированные учреждения которой и непреодолимые демографические проблемы и проблемы со здравоохранением неизбежно приведут к упадку.

Другие утверждают, что реформы и модернизация позволят России преодолеть свои проблемы и что ее руководство движется в этом направлении. В конце 2009 года президент Дмитрий Медведев призвал Россию к модернизации экономики, к ликвидации унизительный зависимости от экспорта природных ресурсов и к прекращению отношений в советском стиле, которые, как он сказал, препятствуют усилиям страны остаться мировой державой.

Но, как утверждает Катинка Барич из Центра европейских реформ, понятие российских лидеров о модернизации является чрезмерно статистическим, особенно если учесть, что государственные учреждения так плохо работают. “Инновационная экономика нуждается в открытых рынках, венчурном капитале, свободно мыслящих предпринимателях, оперативных судах по делам о банкротстве и твердой защите интеллектуальной собственности, ‑ говорит она. ‑ Вместо этого есть широко распространенные монополии, вездесущая коррупция, удушающее вмешательство государства, слабые и противоречивые законы”.

Недееспособная власть и всеобъемлющая коррупция делают модернизацию трудной задачей. Петр Авен, президент Альфа-банка, утверждает, что, “экономически это все больше похоже на Советский Союз. Имеется огромная зависимость от нефти, потребность в капитале, потребность в серьезных реформах, в то время как очень сильным является социальное бремя. Застой – это главная угроза”. Российский экономист прямо заявляет, что “в отношении модернизации нет никакого консенсуса”.

Независимо от исхода, благодаря своей остаточной ядерной мощи, наличию большого человеческого капитала, знаний в области кибертехнологии и положения в Европе и Азии, у России найдутся ресурсы, чтобы создать большие проблемы в глобализованном мире или сделать крупный вклад в этот мир. Поэтому мы все заинтересованы в российских реформах.

Джозеф С. Най – бывший заместитель министра обороны США, профессор в Гарвардском университете и автор книги «Будущее власти», которая скоро появится в печати.

Копирайт: Project Syndicate. Перевод с английского — Николай Жданович. Права на печать: издательство Тертеряна, русскоязычные СМИ — Мюнхен, Аугсбург, Нюрнберг, Берлин и вся Германия. Реклама и полиграфия на русском языке в Германии и Европе. Verlag Terterian — Medien auf Russisch in Deutschland und Europa. Werbung in russischen Zeitungen, Reiseführern, Stadtplänen, Internetportalen und anderen Medienprodukten.

Последние публикации рубрики «Новости и политика»: