. О художнике А.Иванове, или Что можно увидеть через рукав жилетки…

Мы очень рады откликам на наши публикации. Один такой поступил на статью «Рим, явление, или Об отрезанных рукавах русской живописи».

Какому отцу будет приятно узнать, что его сын — гомосексуалист? Еще неприятнее, если отец узнает об этом от журналистки через полтора века после своей смерти. Действительно, зачем вникать в тонкости творчества гениального русского художника Александра Иванова (1806 — 1858), когда можно просто написать — художник-гомосексуалист оставил нам «сплошную загадку». А в подтверждение своих слов автор заметки про «рукава от жилетки» предложила нам «смотреть и рассматривать» картину «Явление Христа народу», которая обессмертила имя талантливого художника.

Александр Иванов. Явление Христа народу. 1837-1857

Александр Иванов. Явление Христа народу. 1837-1857

Вероятно, нам было предложено рассматривать картину глазами самой журналистки. Однако тут же она сообщает, что, «не успев начать», «мы уже запутались». Но запутались не мы, а сама автор, написавшая заметку. Ведь вооруженные знаниями искусствоведов, которые они любезно опубликовали в больших и толстых томах, мы можем более осмысленно судить о творчестве этого художника.

С малых лет Саша, сын профессора Академии художеств Андрея Иванова, был погружен в чарующий мир искусства. Но это был не распутный мир богемы, а строгий и чопорный мир классической живописи, где отступление от общепринятых канонов было просто недопустимо. Смышлёный отпрыск впитывал в себя все лучшее, что могло дать общение с отцом и многими художниками, захаживавшими к ним в дом. Более того, юное дарование весьма рано проявило интерес к кистям и краскам, скорее даже не к ним самим, а к тому, что может получиться, если провести кистью по холсту. Любопытство и старание сына всячески поощрялись отцом, который буквально выпестовал его мастерство. И усердие отца было вознаграждено!

Восемнадцатилетним юношей Саша Иванов совершил свой личный прорыв в искусстве.

Его картина «Приам, испрашивающий у Ахиллеса тело Гектора», по словам знатоков, была написана словно академиком!

В те годы в Петербурге действовало Общество поощрения художников, которое искало одаренную молодежь, а затем заказывало и покупало их картины. В двадцать один год молодой художник Александр Иванов написал для этого Общества картину «Иосиф, толкующий сны заключенным с ним в темнице хлебодару и виночерпию». За эту картину на библейский сюжет Общество поощрения художников удостоило его Большой золотой медали и сделало заказ на еще одну картину. А через некоторое время одаренный живописец получил самую существенную награду — возможность продолжить свое обучение и совершенствование мастерства в Италии (с полным пансионом).

Самым первым итальянским произведением русского художника стала картина «Аполлон, Гиацинт и Кипарис, занимающиеся музыкой и пением» (1831-1834 гг.). Писалась она на тему древнегреческой мифологии. Несмотря на то, что картина полностью вписывалась в романтическое направление академической живописи, церковники и ханжи сочли ее слишком «откровенной». Поэтому картина, находящаяся ныне в Государственной Третьяковской галерее в Москве, осталась незаконченной.

Но самым значимым произведением гениального художника стало полотно «Явление Христа народу» (1837-1857 гг.). Вероятно, не являясь специалистом в области искусства автор заметки про «рукава от жилетки» не стала вникать в замысел живописца и высокий идейный смысл полотна, а обратила внимание лишь на то, что оказалось у нее перед самым носом. Причем так и написала: «А совсем много мальчиков изображено на известной картине «Явление Христа народу». И ни одной женщины.»

Как тут не вспомнить слова басни И.А.Крылова «Любопытный» — «Слона-то я и не приметил». Художник А.Иванов — новатор, он специально сместил смысловой центр картины. Христос у него расположен в глубине композиции. И взор зрителей должен быть направлен именно в глубь картины, а уж затем на всяких мальчиков. Кстати, я насчитал всего двух мальчиков на репродукции в Интернете. Вероятно, другие, если и были, как-то затерялись.

У меня даже закралось сомнение — стоит ли верить журналистке, которая дает некорректную интерпретацию картины и тех Библейских времен. Давайте, хотя бы вкратце, посчитаем кого было больше на картине и почему. Итак, Христос — не мальчик. Иоанн Креститель — не мальчик. Левиты (их там несколько человек) — не мальчики и, по определению, не могли быть ни мальчиками, ни девочками, ни женщинами. Еще на картине изображены фарисеи (тоже несколько человек). Они также не могут быть мальчиками, девочками и женщинами. Еще там есть другие мужчины и, как минимум, два молодых человека, в одном из которых можно узнать самого А.Иванова. Действительно, нет ни одной девочки или женщины. Почему?

Да потому, что именно таким и был этот библейский сюжет. Более того, молодой художник просто не мог начать писать картину «с бухты-барахты». Предварительно он отослал в Петербург эскиз будущей картины и подробно все описал : кто будет изображен, для чего будет изображен, где будет расположен, как будет написан, какая поза будет у каждого, какое выражение лица, кто будет «парным», а кто будет противопоставлен друг другу и т.д. и т.п.

В общем, молодой художник получил из Петербурга одобрение высокого Общества поощрения художников (заказчика картины) и многоопытных художников-академиков. Так почему же они не обратили внимание на то, что на картине будет изображено несколько мальчиков ? Судя по всему, обратили и были не против.

Ну, а почему на этом шедевре живописи А.Иванов изобразил и себя?

Почему такая нескромность?

Да по той же причине, почему он изобразил и изображал мальчиков.

Из-за недостатка средств. Ведь художник жил в Италии на стипендию! Себя он мог написать совершенно бесплатно, ну а мальчикам мог заплатить по одной мелкой монетке. Да и то — не им самим, а, скорее всего, их бедным родителям.

Но почему на некоторых этюдах мальчики изображены обнаженными? Не знаю. Скорее всего, он изображал их такими, какие они были в реальной жизни. Что наиболее вероятно — чумазые мальчишки были написаны им после купания. Кстати, на Руси испокон веков было принято перед купанием в речке или пруду снимать с себя всю одежду и даже подштанники. И никого это не удивляло. Так же ведут себя русские люди и в бане — тоже раздеваются донага.

Но это — в России. А почему на картине на библейский сюжет два мальчика все-таки голые? Они что — в бане мылись или тоже купались? Да потому что они не купались, а принимали Крещение! Также были обнаженными еще несколько человек — мужчины и старики. Смысл картины как раз в том, что ученики Иоанна Крестителя могли последовать за  Христом только тогда, когда были готовы к этому — и телесно, и душевно. После Крещения. И Христос явился к своему народу именно после этого.

Ну, а насчет женщин… Так в Иудее, Палестине и т.д. женщины не могли обнажаться в присутствии мужчин. Тем более — чужих. Впрочем, также, как и в России. Поэтому Иоанн Креститель общался в первую очередь с мужчинами — именно они были его слушателями и последователями.

Ну, и пара слов относительно отсутствия девочек, пусть даже и одетых. Представьте, что в вашем городе или деревне какой-то чужой мужчина подходит к девочке и говорит: «Девочка, пойдем со мной на луг или в лес. Там я тебя буду рисовать. А если ты еще и разденешься, то дам тебе конфетку.» Не надо много думать, чтобы понять, что этот человек будет разорван на части ее родителями и соседями. Так что девочек художники обычно сторонились. А если и писали женщин, то это были, как правило, профессиональные натурщицы, которым надо было платить не маленькие деньги.

Но наблюдательная журналистка, автор заметки про «рукава от жилетки» сделала еще одно интересное наблюдение. На этюдах к картине она смогла заметить некую тенденцию — раз от раза мальчиков становилось все больше.

«Ну, это же элементарно, Ватсон!»

С каждым днем слух о художнике, рисующем картины местности все больше распространялся по окрестным селениям. Ну, а то, что художник иногда (но не всегда!) рисовал еще и местных мальчишек, только распаляло их любопытство и стремление «попасть в кадр».

Но все же, почему с каждым месяцем художник изображал в своих этюдах все больше мальчиков — сначала двух, затем трех, потом четырех и даже шесть мальчиков одновременно. Он ведь мог изобразить их по отдельности. Да мог. А кто бы за это платил? Ведь холст, подрамник, кисти и краски стоят денег. И порой — немалых. А откуда у бедного «студента на пансионе» лишняя монета?.. Кстати, все эти этюды для художника все равно, что исполнение этюдов для музыканта — подготовка к исполнению основного произведения.

Впрочем, если журналистка вкладывала в свой вопрос некий сексуальный подтекст и даже обвинение в гомосексуализме, то она может получить такой ответ. Например, что сначала студент учился писать и мог «освоить» только один объект. Раз за разом приходил опыт. Молодой художник мог писать уже двух натурщиков, затем трех, четырех, пять, шесть и более мальчиков. Получается целый конвейер, совсем, как у женщины-проститутки. Ведь по молодости она тоже ограничивается одним клиентом. Потом начинает обслуживать уже двоих в день. Затем — три, четыре, пять, шесть и более клиентов в сутки. Все очень просто. Приходит опыт, а с ним и возможность его реализовать.

Хотелось бы напомнить этой журналистке, что свои обвинения надо все же подтверждать документально. Согласитесь, что у каждого художника, музыканта или артиста есть не только поклонники, но и завистники из мира искусства. Уж они бы не стали прятать компромат на гениального художника!.. Но сведений, порочащих талантливого художника, обнаружить не удается. Тем не менее цивилизованная женщина, известная европейская журналистка обвиняет художника в гомосексуализме. Для приличия  она могла бы назвать его геем. Но нет — гомосексуалист и только — гомосексуалист. Но почему!?. Почему!?. Куда же делись ее интеллигентность, толерантность и осторожность в навешивании ярлыков?.. Не говоря уже о сомнительных и предвзятых «доказательствах».

Сергей Палий


Художественная Европа (www.germaniaplus.de) auf einer größeren Karte anzeigen

Другие письма читателей: